Личные связи (часть1)

В основе формирования личных связей – несколько параллельных процессов. Детеныши, вначале связанные с матерью кормлением молоком, в дальнейшем стремятся быть рядом с ней при тревоге, переходе на другое место или миграции, поиске подходящею места кормежки или убежища. Присутствие матери становится основным условием благополучия. У видов, у которых молодые долго ходят с матерью, подобная привязанность к матери преобразуется в привязанность к ней как вожаку группы.
Вероятно, во всех случаях личных связей существенны установленная иерархия, а также координация поведения. По крайней мере без предварительных иерархических ритуалов или даже активной агрессии не обходятся установление личных связей, иерархических отношений и лидерства самцов и самок, взрослых самцов и их более молодых самцов-адъютантов. Наложение личных святей, иерархических отношений и лидерства приводит к возникновению весьма сложных взаимоотношений животных в группах.
Тем более сложен процесс установления личных связей у людей. При первой встрече мы оцениваем сходство нового знакомого с собственным полом, возрастом, социальным статусом, приятность темперамента (не слишком ли болтлив), привлекательность внешности, агрессивность (попытки возразить, поставить себя в чем-то выше). И это лишь первые мгновения знакомства, за которыми следует короткая или длительная история контактов, приводящая или не приводящая к личной привязанности.
Очевидно, во многих случаях личная привязанность имеет дополнительные основания в привязанности к одной территории (у людей землячество), совместной защите ее, маркировке «своими» метками. Это относится не только к видам с парным образом жизни как у антилопы дик-дик, у песцов. Им свойственны общие для самца и самки точки мечения. общие уборные, которые являются важнейшими элементами их социального поведения. Туркменские верблюдоводы никогда не купят верблюдицу с малышом – она будет все время убегать в те края, где родила. Кобыла любит то место, где «вышла замуж», т.е. впервые спаривалась с жеребцом.
Социальные (индивидуальные) связи дают наиболее интересные по характеру социальной структуры типы групп млекопитающих. Социальные связи характеризуются личным распознаванием и запоминанием, стремлением животных постоянно поддерживать чувственный контакт друг с другом или регулярно, каждые несколько минут возобновлять его. В некоторых случаях отмечается трудность или невозможность замены связи двух или нескольких особей другими индивидуальными связями. На основе личных связей существует устойчивые компании.
Особый тип личностных социальных связей – привязанность к вожаку группы. Установлено, например, что с гибелью волчицы-доминанта стая распадается (Mech, Boitani, 2003)[117]. Аналогично связующим звеном в группах многих видов обезьян (лангуры, гамадрилы) является самец-доминант. С его гибелью группа бывает «разобрана» самцами-доминантами других групп. В этих случаях личная привязанность определяется «ролью» членов группы. Вожак для остальных членов группы имеет ценность как защитник от хищников, от других групп, как руководитель в сложной обстановке, лидер при поиске корма. К нему адресованы демонстративные реакции узнавания, подчинения, у обезьян и копытных – груминга, у волков – выпрашивания.
Важнейшим открытием зоосоциологии стало описание местных групп. Впервые они были изучены у шимпанзе. Как оказалось, 50– 60 животных, обитающих в одном урочище, не только знакомы друг с другом, но и отличают чужаков, не входящих в данную местную группу. Между животными одной местной группы существует иерархия, они знают силу и характер друг друга. В местной группе может проявляться забота об осиротевших малышах (Sugiyama, 1969[118]). Аналогичные отношения Лейхаузен обнаружил у домашних кошек и описал закономерности социальных отношений у этих животных, обычно относимых к одиночным (Leyhausen, 1965)[119].
Новый импульс представлениям о местных группах дали работы Macdonald (1979)[120], изучавшего лис, кормящихся на городских свалках. Объединенные общим источником пиши животные образуют устойчивые, с установленной иерархией местные группы, их члены совместно охраняют общую территорию. Размер групп, как и размер охраняемой территории, зависит от обилия пищи. Например, лисы в окрестностях Оксфорда образуют группы из 1 самца и 3,5 самок (в среднем), занимающие 45 га. Кошки в Портсмуте живут группами по 5,4 индивида (в среднем) на участке в 1,8 га. Размеры группы и занимаемая территория коррелируют с числом домов на участках, поскольку это определяет размер помойки (Macdonald, 1983)[121].
Местные или сходные с ними группы, вероятно, будут обнаруживаться у многих других видов, для которых в норме характерен одиночный, территориальный, оседлый образ жизни.
Представление о клане всегда было более или менее гипотетично. Казалось, что такой путь возникновения личной привязанности нескольких самок наиболее естествен. Однако индивидуальное мечение зубров, проведенное в Беловежской пуще польскими исследователями, показало, что группы зубров (самки и молодняк) довольно легко обмениваются особями. Самки, какое-то время державшиеся в одной группе, не являются родственниками, происходящими друг от друга, так что группы зубров не являются кланами. В то же время несомненны приверженность отдельных животных своему участку обитания и их личное знакомство (Krasinska et al., 1987)[122].

[…] к списку литературы […]

You may also like...